Оригинальное название: Penal Methods of the Middle Ages: Criminals, Witches, Lunatics

Автор: Джордж Бернем Айвз

Год публикации: 1910

Напечатано для узкого круга

ПРЕДИСЛОВИЕ

Одной из ключевых научных работ автора по имени Джордж Бернем Айвз стало историческое исследование «Уголовные методы Средневековья: преступники, ведьмы, безумцы», изданное в 1910 г. В этой книге он со знанием дела обращается к мрачным практикам средневековой Англии. Автор не просто перечисляет ужасы, а глубоко анализирует правовые и социальные механизмы, породившие жестокость в обращении с преступниками, сопутствовавшую охоте на ведьм истерию и примитивное понимание психических болезней.

Исследование начинается с генезиса тюремного заключения, с первых же строк прослеживается, как на почве древних обычаев выросли целые институты для содержания осужденных. Айвз скрупулезно разбирает раннюю пенитенциарную систему, в которой возмещение ущерба нередко преобладало над справедливым возмездием, а суровость наказания зачастую коррелировала с социальным статусом обвиняемого.

Штрафы, членовредительство, обращение в рабство – все эти методы автор рассматривает сквозь призму общества, где личная месть и внесудебное урегулирование конфликтов, как правило, имели большее значение, нежели писаный закон. Кроме того, Айвз последовательно раскрывает жестокое отношение к однажды преступившим закон, слабым, немощным и сумасшедшим. Отдельное внимание уделяется демонстративному отказу властей хотя бы в некоторой степени защитить обвиняемых или же смягчить их положение.

Заранее хочется предупредить читателя, что книга в силу своей тематики нередко затрагивает насильственные методы наказаний, поэтому лицам тонкой душевной организации, а также несовершеннолетним лучше этот конкретный текст все-таки пропустить.

ГЛАВА I

О МЕТОДАХ НАКАЗАНИЯ В СРЕДНЕВЕКОВЬЕ

Тюрьмы, или, иными словами, места заключения под стражу, существуют довольно давно. Едва люди научились возводить строения из камня, как в Египте, или из кирпича, как в Месопотамии, едва у королей появились крепости со множеством башен, а у вельможных баронов – замки на неприступных скалах, в этих цитаделях тотчас обустроили казематы и подземелья¹.

Впрочем, тюрьмы для содержания в течение определенного срока «обыкновенных» преступников (в отличие от государственных или политических) возникли в Англии лишь много столетий спустя². При этом само по себе тюремное заключение, как регламентированную и весьма жестокую кару, до́лжно почесть за явление в принципе современное, которое наихудшей своей фазы достигло в девятнадцатом веке.

Тевтонские племена, обитавшие в лесах и на морских побережьях, были свирепы и свободолюбивы. По существу, они воплощали теорию Ницше, гласящую, что свободу надлежит не даровать, но отнимать. Они не трепетали перед восточными суевериями. Поскольку их многочисленные племена расселились на огромном пространстве, единое правительство не могло поработить воинов-варваров. Дабы усмирить дикие кланы, неотъемлемую часть свирепых скандинавских народов, где всяк муж всегда был готов вступить в вооруженный бой³, а отроки получали оружие уже в пятнадцать лет, во главу угла монархия ставила поддержание мира. 

Инстинкт мщения пульсирует во всяком человеке, и люди жаждали мести скорой и кровавой. Она нередко могла посеять вражду меж деревнями и кланами, где узы родственные были тесны и крепки, да посеять так, что даже новорожденные младенцы обрекались на долг семейной мести.

Подобно всем свободным народам, тевтоны полагали: дабы злодеяние могло таковым назваться, человек должен перед тем пострадать⁴. Видели они в потерпевшем не запуганного слабака (иначе и в счет его б не взяли), но свободного воина с копьем и щитом, что обидчику воздаст сторицею, а коли убьют его, так родня отомстит.

Таким образом, целью древнейших законов было именно умиротворение⁵ пострадавшей стороны. Поэтому принимались во внимание человеческие чувства⁶ и побуждения. Некоторые древние законы дозволяли преступнику воздать равным за равное: око за око и зуб за зуб, то есть ровно столько же, и не более того. Однако тевтонские уложения в основном предлагали потерпевшему удовольствоваться компенсацией, хотя порой даже принуждали его принять эту дань⁷. Проще говоря, за преступления тогда присуждали скорее возмещение ущерба, нежели кару.

Всякий вред, причиняемый одним свободным человеком другому, покрывался прежде всего при помощи bōt (денежным восполнением, которое выплачивалось либо самому пострадавшему, либо же его родне). Размер штрафа зависел, во-первых, от свойства и степени произведенного ущерба, а во-вторых, от чина и положения потерпевшего⁹. Ибо всяк человек относился к определенному сословию и имел свою ценность, и за всякое покушение на свободного человека назначался штраф-вергельд, зависящий от личной важности ущербленного. Плата менялась смотря по тяжести деяния: от смертельной раны до удара, лишившего человека одного зуба, или, к примеру, за кражу¹⁰.

Таксы эти у разных племен варьировались, но исходя из общего правила компенсация распространялась на все племена. В Мерсии¹¹ вергельд за короля составлял 7200 шиллингов или 120 мерсийских фунтов серебра, причем к этой огромной сумме прибавлялась дополнительная компенсация (cynebot) – такая же сумма, что выплачивалась его подданным. Вергельд за тэна (то есть богача графства) составлял 1200 шиллингов, а за керла (крестьянина) – 200 шиллингов.