Ситуация не меняется. Утверждают, что из Саванны эвакуированы наши войска. От моих мальчиков ничего не слышно. Бедные ребята, как я по ним скучаю!

24 декабря, 1864

Обычно перед Рождеством я кручусь не покладая рук. Готовлю на стол, собираю подарки для слуг. Сейчас же дом не узнать. Нет ни сладостей, ни пирогов, ни тортов. Кругом одни печальные лица.  Не слышно задорного смеха наших мальчишек. Сочельник, который мы всегда праздновали весело и шумно, стреляя хлопушками и развешивая украшения, теперь ничего, кроме грусти не вызывает.

Мне совершенно нечего положить Садай в чулок, который она так красиво повесила для Санты. Я объясняла ей, конечно, почему Санта не придет в этом году, но у меня сжимается сердце из-за того, какое разочарование ждет ее утром. Бедные дети! Почему они должны отвечать за грехи отцов?

25 декабря, 1864

Садай затемно вскочила с постели, дабы проверить свой чулок. Она никак не могла поверить, что там ничего нет. С пустыми руками моя девочка вернулась обратно в постель, натянула на себя одеяло, и тихо заплакала.

Зашли малыши-негритята в ожидании своих подарков:

Рождественский подарок, хозяйка! Рождественский подарок, хозяйка!

Я укрылась вместе с Садай, и мы обе дали волю слезам.

[В дневнике за 1865 год много записей по поводу хозяйственных работ и размышлений о войне. Например, такая, прим. авт.]:

30 января, 1865

Начался новый лунный месяц, и Джулия [кухарка, прим. авт.] взялась варить мыло. Она твердо верит в силу луны и не берется за дело, когда та убывает. «Оно не загустеет, хозяйка, вот увидите, ни за что не загустеет!». Джулия также настаивает, что пора приниматься за огород.

Сегодня мне особенно нестерпимо захотелось, чтобы вернулись мои угнанные мальчики. Увидеть бы их опять, живых и здоровых!

29 апреля, 1865

Мальчики вспахали поле у старой усадьбы. Очень нужен дождь.

Да, дела вокруг налаживаются, но в целом обстановка оставляет желать лучшего. Генерал Ли²⁰ сдался победоносному Гранту²¹.

²⁰

Роберт Эдвард Ли – генерал, в период с 31 января по 9 апреля 1865 года главнокомандующий армией Конфедерации.

²¹

Улисс Грант – генерал, командующий армией Союза; впоследствии 18-й президент США.

Что ж, я не против, лишь бы скорее закончились бои. Вся эта война мне непонятна. Как будто рука Провидения вершила свой план, непостижимый для нас, несчастных, заблудших смертных.

В самом начале противостояния южане будто лишились воли и разума – так страстно они возненавидели будущего президента, Авраама Линкольна.

Наши вожди, забыв о здравомыслии, допустили чудовищную ошибку. «Мы не позволим этому человеку править нами», – кричали они. За долгие годы в сердцах политиков Юга укоренилось убеждение, что Север богател на трудах южан. К аргументу про неправедное богатство Севера и бесцеремонный грабеж южан обращались столь часто, что возникшую враждебность было уже не смягчить.

Лидеры южан считали, что Север сдастся без борьбы. «Я выпью каждую каплю крови, которую они прольют», – заявлял Роберт Тумбс²².

Слепые безумцы! Пролились океаны крови. И что с нами стало? Мы разорены и повержены. Мы не знаем, что нас ожидает, и эта неизвестность тяжким камнем лежит на сердце.

²²

Роберт Огастес Тумбс – политический деятель, один из отцов-основателей Конфедерации, генерал армии Конфедератов.

7 мая, 1865

Вечер воскресенья. В течение всей прошлой недели у нас останавливались помилованные солдаты.

Вчера на ночлег попросились мистер и миссис Адамс, беженцы из Альберты. Я не хотела никого видеть, закрылась в дальней половине дома. Только ушла к себе, как вдруг раздался стук: мужчина искал приюта для своей семьи. Разве можно отказать в гостеприимстве женщинам и детям.

Они оказались очень приятными людьми. У них были правительственные повозки, которые мистер Адамс охранял всю ночь.

Подозреваю, там везли скарб, подлежащий сдаче и конфискации. Мистер Адамс, однако, заверил меня, что все, кроме мулов и повозок, это их личные вещи.

Говорит, расстался с Джеффом Дэвисом в четверг утром, здесь, в нашем штате. Враги преследуют его по пятам. За его голову назначена награда в сто тысяч долларов.

14 мая,1865

Приходил мистер Ноулз, наш окружной проповедник. Мне он нравится, и мы единодушны по многим спорным вопросам; старый флаг устраивает нас обоих.

Долго беседовала с Элбертом об освобождении негров. Я совершенно готова к такому повороту событий, но какие-то правила знать необходимо. По его словам, янки заявили неграм майора Ли, что те отныне свободны, но до поры до времени лучше не двигаться с места, подождать хотя бы с месяц, пока все не уладится.

Столько гуляет противоречивых слухов, что непонятно, как поступать дальше. Никаких внятных распоряжений от властей мы толком не слышали.

Из Сошиал Серкл приехал продать свою лошадь доктор Уильямс. Он поведал, что у них хозяева освобождают рабов, а те остаются работать, как раньше. Вопрос, который не дает мне покоя ни днём ни ночью – что делать лично мне?

Несколько дней назад заявила рабам, что они вольны поступать как им заблагорассудится. Но вместе с тем, я чувствую за них огромную долю ответственности. Хвала Господу, они теперь свободны. А мне-то что делать? Среди них есть и старые, и юные – нанимать их не выгодно. Как же все устроить?

[Последние две записи за 1865 год рассказывают, что наступил долгожданный счастливый конец. Прим. авт.]

24 декабря, 1865

Не один месяц прошел с тех пор, как я открывала этот дневник. Много чего случилось. Благодарю милосердного Господа, сохранившего мне жизнь и большую часть имущества.