Внутрь он залез через одно из передних окон – окно столовой вроде бы. Вернувшись, Бертран пояснил, что Киндер так и не притронулся к пиву, хотя они заранее подсыпали туда лекарств. Киндер, оказывается, ворочался в кровати и постоянно просыпался, притом миссис Киндер мешала ему уснуть. Сказал, что с утра ее накажет.

Потом мы поплыли домой. 

Приблизительно через неделю он снова попросил лодку. Я все устроил.

Капитан Клоэт:

Вопрос: Взяли ее там же?

Ответ: Да, у Бакли, но лодка в тот раз была другая, полегче. Кажется, тем вечером в театре он столкнулся с четой Киндеров.

В: Что было дальше?

О: Тем же вечером за чаепитием он показал купленный накануне топор и попросил просверлить отверстие в рукоятке, чтоб туда можно было продеть веревочку и носить его под пальто. Я помог. 

В доме тогда находился молодой человек по фамилии, если не ошибаюсь, Рэнкло. Он пришел с ними из театра, а отбыл одновременно с нами – около часа ночи. Рэнкло спросил Бертрана, зачем ему топор, еще и на ночь глядя. Бертран ответил что-то про рыбалку.

Я поинтересовался у Бертрана, что он ему сказал. Ответ гостю заключался в том, что он собирался пробить дыру лодке человека, который недавно его оскорбил. 

Около часа ночи мы переправились на другой берег.

По пути к лодке Бертран поведал, что Киндер унизил его в театре, и что намерен проломить ему череп.

Еще добавил, что собирается развестись со своей нынешней женой, а затем жениться на миссис Киндер. 

Я спросил, на каких основаниях он думает разводиться с миссис Бертран. «Оснований нет». Тогда, говорю, развод невозможен, если против нее у вас ничего нет. Он ответил, что найдет человека и будет платить, пока тот не добьется компромата. 

Перед нашей поездкой он пожелал мне спокойной ночи, попросил вернуться с утра пораньше, хлопнул дверью, а затем вышел через заднюю дверь. 

Что касается развода, я не понимал, какой смысл устранять мистера Киндера, если миссис Киндер и так фактически жена Бертрана. Он объяснил, что мистер Киндер оскорбил его, и, кроме того, хотел, чтобы миссис Киндер принадлежала ему полностью. 

Судя по всему, он рассказал миссис Киндер, что уже бывал там ночью, но та не поверила. 

Когда мы подошли к дому, Бертран снова снял ботинки и влез через то же окно. Оказывается, Бертран выкрутил винты из замка и вставил его обратно с помощью замазки, поэтому особенных проблем не возникло. 

Мы вернулись через час или чуть позже, и на обратном пути он пожаловался, что Джексон и Лливелин (брат миссис Киндер) опять ночевали в доме, и что он не счел это безопасным, тем более доски громко скрипели.

Мистер Робертс:

В: Не счел безопасным что именно?

О: Убийство мистера Киндера, как я понял.

В общем, мы вернулись в Сидней. 

Томагавк был небольшим, да, это тот самый, который здесь показывали, разве только часть рукоятки сломана. 

Примерно через неделю Бертран сказал, что снова туда собирается, и попросил достать красную крымскую рубашку², потому что на ней не будет видно крови. Купил ему рубаху у Джайлза.

Еще он спросил, сумею ли загримировать его до неузнаваемости. Я ответил: «Суметь-то сумею, но вы точно этого хотите?»

Между полуночью и часом Бертран меня разбудил: лицо темное, будто в саже, притом скрытое наполовину чем-то вроде маски, на голове – моя широкополая шляпа, а на туловище – крымская рубашка. 

Велел мне снять ботинки и сам тоже снял. Это было у него дома, на Виньярд-сквер. Ботинки мы надели уже снаружи, в переулке, и затем снова переправились на лодке, около половины второго. 

Перед тем, как подойти к дому Киндера, он отхлебнул немного бренди из бутылки от имбирного пива. Забрался в дом и провел там минут сорок, может, сорок пять. 

Уже на пристани Бертран сказал, что не хочет идти домой, не закончив то, ради чего пришел, и спросил, не провожу ли я его обратно на случай, если что-то произойдет – может потребоваться помощь выбить мозги тому, кто вдруг вздумает вмешаться. 

Я ответил, что больно уж это романтично, мне нет дела до миссис Киндер, и рисковать не собираюсь. Тогда он вернулся в дом один и где-то через полчаса растолкал меня, так как я прикорнул на пристани. 

Ради собственной безопасности топорик я всегда держал при себе и отдавал ему только, когда мы уже подходили к дому. Кроме того, в лодке на всякий случай старался сидеть к нему лицом. Мы гребли сидя напротив друг друга – не ровен час он застанет меня врасплох и выбросит в воду. На этом наши лодочные прогулки завершились. 

Все детали не упомнишь, поэтому некоторые события могли произойти в другие ночи, а не в те, о которых я упомянул, но хоть бы и так, они все равно случились. 

Две-три недели спустя Бертран спросил, есть ли у меня пистолеты. Один, говорю, есть, но я использую его для фокусов – для волшебства. Затем он поинтересовался, известно ли мне, где можно купить пистолеты так, чтобы покупателя не рассекретили. Сходу надежного места я не припомнил, но пообещал достать. Он сказал, что сам справится. 

В тот же вечер Бертран назначил встречу на 8 часов, напротив отеля «Петти» – он будет в женской одежде. Прождал там до четверти девятого, но он так и не явился. Тогда пошел на Виньярд-сквер, где и застал его. Для отвода глаз попросил немного денег.